Тётка Солженицына Ирина Щербак: «Это была хамская семья крупных землевладельцев»

В 1970 году немецкий журнал «Штерн» взял интервью у Ирины Щербак, тётки писателя Александра Солженицына. Она рассказала, что до Революции его дед был крупным землевладельцем, а дядя – богатым прожигателем жизни, путешествовавшим по Европе и коллекционировавшим дорогие автомобили. О самом писателе Солженицыне тётка с горечью отзывалась, что и он живёт «как буржуй».

Удивительное дело, но даже КГБ ничего не знало о предках писателя, нобелевского лауреата Александра Солженицына. Оказалось, что архив в Кисловодске, в котором содержались сведения о его родителях, сгорел в 1918 году.

Позднее биографии предков записывались с их слов. Пытаясь выстроить контригру против писателя, чекисты в конце 1960-х начали расследование о его предках. Выяснили, что дед был крупным землевладельцем, имевшим 2000 десятин земли (2100 га), несколько предприятий и десятки наёмных работников. Но дальше материальных свидетельств расследование КГБ не пошло. Неожиданную помощь им оказали немецкие журналисты, проведшие собственное расследование о предках Солженицына и отыскавшие его тётку.
Перевод этой статью приведён в книге «Кремлёвский самосуд (Сборник документов КГБ и партийных органов о писателе Солженицыне)», вышедший в 1994 году.

«Товарищу Л.И.Брежневу направляется перевод публикации в журнале «Штерн» в отношении Солженицына. Председатель Комитета госбезопасности Андропов. Приложение - журнал «Штерн» №48 от 21.11. Перевод с немецкого.

ХАМСКАЯ СЕМЬЯ - так отзывается о своих родственниках, в прошлом крупных землевладельцах, Ирина — тётка лауреата Нобелевской премии Солженицына. В своей новой книге, из-за которой спорят западные издательства, он описал экзотическую жизнь своих родных в канун Первой мировой войны. Тёте Ирине в книге также отведено место. «Штерн» разыскал эту 82-летнюю женщину в Южной России.

«Россией должны править дураки. Россия иначе не может». Эту горькую истину советский Александр Солженицын вкладывает в уста офицера русского Генерального штаба - умной и симпатичной, хотя и второстепенной фигуры, появляющейся на странице 740 его нового романа. Все действующие лица, выведенные в романе Солженицына под собственными именами, давно умерли. Все, кроме одного человека. Её зовут Ирина. Она представлена в самом начале романа как привлекательная, молодая и очень богатая женщина. Она замужем за Романом - постоянно одетым по английской моде землевладельцем.



Корреспондент «Штерна» Дитер Штейнер выяснил, что её зовут Ирина Ивановна Щербак и она является тёткой Александра Солженицына, невесткой его матери, умершей в 1944 году от туберкулеза. Ирине Щербак сейчас 82 года. Она живёт в Георгиевске, небольшом местечке вблизи Кисловодска. Там и посетил её недавно Дитер Штейнер. Вот как он описывает её:

«Старая, сгорбленная и почти ослепшая, но всё ещё энергичная женщина с живым умом ютится в пристройке старого крестьянского дома. Её комната 2x3 метра. Глиняный пол, покосившиеся, крашенные известью стены. Она сидит на железной кровати, над которой висит икона под стеклом и деревянный крест. Под кроватью спит её собака Дружок - дряхлая лохматая дворняга. Четверть комнаты занимает кирпичная печь, на которой стоит горшок, две металлические тарелки и мешочек муки. Я сажусь на скрипящий табурет.
«Вот видите, как я теперь живу, - говорит Ирина. - Это после 53 лет жизни при комиссарах! От государства я получаю в месяц 10 рублей да от Сани (Александра Солженицына) 15 рублей. Я ведь единственная осталась в живых из всех его родственников».

До сих пор история семьи Солженицыных была малоизвестна. Что можно найти в архивах? «Александр Исаевич Солженицын родился 11 декабря 1918 года в Кисловодске на Северном Кавказе в семье учителя». Правда, уже из этого можно сделать вывод о его мелкобуржуазном происхождении. Ирина Щербак знает историю этой семьи значительно полнее. Отец Солженицына Исай был сыном крупного землевладельца. После его женитьбы в 1917 году «деньги прилипли к деньгам»: он женился на Таисии, дочери крупного землевладельца Захара Щербака.

Мать Солженицына выросла в доме, обставленном как дворец. Её брат Роман также сделал хорошую партию. Его жена Ирина, которая сегодня живёт в нужде, унаследовала от отца миллионное состояние. Она была самая богатая из семьи, а поскольку все свои деньги она передала мужу, тот жил как феодал. С грустью вспоминает Ирина о временах перед Первой мировой войной, когда она вместе с мужем совершила большое путешествие за границу. В Штутгарте они посетили завод Даймлера и купили сигарообразную спортивную автомашину. На ней Роман собирался принять участие в автогонках Москва - Санкт-Петербург. У него уже был один автомобиль – «Роллс-ройс». Во всей России тогда было лишь девять таких машин. Когда началась война, главнокомандующий великий князь Николай Николаевич реквизировал эту роскошную машину для себя.

Вернувшись в 1956 году из ссылки, Солженицын посетил свою тётку Ирину в Георгиевском и сутками сидел с ней, расспрашивая об истории семьи. Частично её рассказы вошли в книгу «Август 1914». Вот как описывает он дядю Романа:
Ему особенно нравилось путешествовать. Ошеломить Европу русской разухабистостью и своеобразием. В Лувре, в круглом пурпурном зале, где находится Венера Милосская и нет ни одного стула, он мог широким жестом протянуть смотрителю десятифранковую бумажку со словами: «Дайте стул». И пока Ирина осматривала экспонаты, он, сунув в рот папиросу, играл зажигалкой. В следующем зале то же самое: «Стул. Сюда, сюда».



Роман и Ирина жили в доме деда Солженицына, которого писатель назвал в своей книге не Щербак, а Томчак. Таисия была в это время на третьем месяце беременности. Александр Солженицын родился в доме своей тётки Ирины. Имущество семьи было конфисковано красными. Таисия устроилась работать стенографисткой в ростовской милиции. Александр оставался пока у тёти Ирины. Дядя Роман работал шофёром автобуса. После его смерти в 1944 году Ирина осталась без средств к существованию. Семнадцать дней спустя Таисия умерла от туберкулеза. Ирина похоронила её в могиле мужа, так как не могла собрать денег на похороны.

В это время офицер Александр Солженицын воевал на фронте. Он изучил в Ростове математику и физику, отлично сдав экзамены. Во время войны он женился на Наташе - дочери еврейского торговца. Когда в 1953 году он вышел из заключения, его жена не поехала с ним в ссылку. Ирина Щербак вспоминает по этому поводу:

«В 1956 году вернулся Саня. Он поехал к своей жене в Ростов. Она жила с другим. Саня был очень подавлен этим. Он осел в Рязани. После того, как он получил там приличное место учителя математики, Наташа решила вернуться к нему. Саня приехал ко мне посоветоваться. Я прямо сказала, что уважаю лишь тех жён, которые готовы поехать за своим мужем даже в ссылку. Все другие для меня - просто содержанки. Однако Наташа была упряма, обвела Саню вокруг пальца и переехала к нему. Да ещё привезла с собой мать и сестру. Так и жил Саня с этими тремя женщинами, пока не бросил их в прошлом году и не сошёлся с другой, молодой женщиной».

Не без горечи вспоминает Ирина Щербак последнюю встречу со своим знаменитым племянником. Это было в 1970 году. Солженицын пригласил свою тетю в Рязань и прислал ей денег на дорогу. «Когда я сошла с поезда, - рассказывает старая женщина, - я вдруг увидела, что Саня и Наташа прячутся в здании вокзала. Я бедно выглядела в своей старой одежде, и они стыдились меня. Если бы у меня были деньги, я бы немедленно вернулась домой. Но у меня было всего 20 копеек».



Ирина Щербак не подтвердила слухи о том, что писатель, исключённый в 1969 году из Союза писателей и не напечатавший с тех пор ни строчки, живет в большой бедности. «Они живут как буржуи, - рассказывает она (на Западе Солженицын, благодаря своим книгам, стал мультимиллионером): - Они часто ездят в Москву в театр или на концерт».
Ирина намеревалась прожить в Рязани три месяца. А уехала через 17 дней. В своём последнем письме она писала знаменитому племяннику: «Саня, ты нехорошо обращаешься со мной. А я до сих пор всё ещё вижу в тебе маленького мальчика, которого так часто носила на руках».

В 2003 году однолагерник и бывший друг Солженицына Семён Бадаш написал ему "Открытое письмо". В нём автор обвиняет Солженицына, что тот был приспособленцем, стукачом и обманщиком. Также Бадаш рассказывает, как на самом деле проходили восстание в лагере в Экибастузе: его организаторами стали бандеровцы, тогда как русские в основном были бывшими солдатами СС и полицаями - и остались в стороне. Солженицын предпочёл об этом не писать.

солж-гл

В 1971 году КГБ пытался убить Солженицына уколом рицина, а зимой 1971/72 – подстроить автокатастрофу. Писателя спас министр МВД Щёлоков, на которого Андропов хотел повесить грязные дела своего ведомства. 105 томов по делу Солженицына КГБ, как считается, сжёг в июне 1990 года.

Источник ➝

Что нашли в кабинете Константина Черненко, который занял Михаил Горбачев

Всякий раз после смерти того или иного партийного руководителя в его кабинете проводилась своеобразная «ревизия». Аналогичной процедуре подвергся и кабинет Константина Черненко, на смену которому пришел Михаил Горбачев. Однако вместо документов в письменном столе и сейфе Черненко обнаружили пачки денег.

Кабинетные «ревизии»

Как пишет Александр Байгушев в своей книге «Партийная разведка» со ссылкой на слова помощника Константина Черненко Виктора Прибыткова, после кончины любого партийного лидера все находившиеся у него документы изымались, систематизировались и отправлялись в секретный сектор.

Подобные архивы имелись почти у всех работников высокого ранга. Так, по свидетельствам того же Прибыткова, Анастас Микоян оставил после себя не менее трех грузовиков бумаг. Именно поэтому, как утверждал Виктор Васильевич, Микоян и был непотопляем. А вот шкафы и сейф в кабинете Михаила Суслова оказались абсолютно пусты. Бесследно исчезла даже «особая» папка, содержимое которой было засекречено.

Как бы то ни было, подобные «ревизии», которые происходили после смерти очередного политработника, не являлись чем-то из ряда вон выходящим. Аналогичной процедуре подверглись предметы мебели и сейфы Константина Черненко. Черненко скончался от остановки сердца в марте 1985 года. Тогда же, как указано в энциклопедии «Кто есть кто в мире» (главный редактор Г. П. Шалаева), на пост генерального секретаря ЦК КПСС был выдвинут Михаил Сергеевич Горбачев. Сразу после Пленума, участники которого единодушно избрали его главой партии, Горбачев изъявил желание перебраться в кабинет покойного предшественника. Этому событию, как и прежде, предшествовала своеобразная «инвентаризация».

Забитые ящики стола и сейф

В первую очередь после смерти Константина Черненко следовало изъять все документы, хранившиеся в кабинете генсека. Именно для этой цели в помещение, которое занимал Черненко, и пожаловали сотрудники ЦК. Как писал А. С. Грачев в издании «Кремлевская хроника», партийцев изумил не только беспорядок в кабинете. Дело в том, что в письменном столе Константина Устиновича были обнаружены целые пачки денежных банкнот. Причем, деньги были рассованы по всем ящикам, а вот никаких деловых бумаг и в помине не было. Впрочем, по словам Александра Островского, автора книги «Кто поставил Горбачева?», сам Грачев не мог быть среди непосредственных свидетелей «ревизии», а лишь передавал слухи, циркулировавшие в Кремле.

Между тем факт наличия денег в кабинете Константина Черненко подтверждал и помощник Михаила Горбачева Анатолий Черняев. В своих мемуарах «Шесть лет с Горбачевым» Черняев писал о том, как один из его приятелей по имени Николай, специалист-шифровальщик, открывал для генсека сейф: Константин Устинович позабыл код. Когда дверца сейфа наконец распахнулась, Николай увидел внутри только одну тоненькую папку с документами, остальное же пространство было занято пачками денег. Поэтому вряд ли деньги, которые Черненко бережно складывал в ящиках стола и сейфе, были всего лишь плодом воображения кремлевских жителей.

Происхождение денег

Но если все это правда, то возникает другой вопрос: откуда у Константина Черненко было столько денег? Историки и биографы предлагают несколько объяснений. Например, Александр Островский, автор книги «Кто поставил Горбачева?», утверждает, что банкноты могли быть либо так называемой «черной кассой», либо взятками, которые в свое время брал Константин Устинович. Однако Николай Зенькович в своем издании «Покушения и инсценировки: от Ленина до Ельцина» уверенно заявляет о том, что в коррупционных схемах Черненко замечен не был. И именно потому, что подобного компромата на него не нашлось, многие глумились над состоянием здоровья Константина Устиновича, а также обзывали его главным в стране бюрократом.

Леонид Млечин, автор книги «10 вождей: от Ленина до Путина», осторожно намекает на то, что Черненко мог контролировать бюджет и расходы коммунистической партии страны. А Борис Шапталов на страницах издания «Россия в поисках эффективности» предполагает, что Константин Устинович, находясь на полном государственном обеспечении, таким образом попросту «складировал» свою заработную плату. За тот год, что Черненко находился на посту генерального секретаря, денег и в самом деле могло скопиться немало. «Показательно, что «борцу за социальную справедливость» в голову не пришло отдать не нужные ему деньги детскому дому» - пишет Шапталов.

Популярное в

))}
Loading...
наверх