Танк назвали «Малютка»

Война - дело мужчин. У слабого пола другое предназначение - дарить жизнь. Но во время Великой Отечественной в Красной Армии на фронт отправились более 800 тысяч женщин. И даже малыши помогали фронту, как могли. Оказалось, сила у них недетская.

Ада Занегина (Адель Александровна Воронец) в детстве


25 февраля 1943 года в газете «Омская правда» было опубликовано письмо шестилетней Ады Занегиной, девочки, эвакуированной со своей матерью, Полиной Терентьевной, врачом, из города Сычёвка Смоленской области в деревню Усовка Марьяновского района Омской области.

В письме говорилось:

Я Ада Занегина. Мне шесть лет. Пишу по-печатному. Гитлер выгнал меня из города Сычевка Смоленской области. Я хочу домой. Маленькая я, а знаю, что надо разбить Гитлера и тогда поедем домой. Мама отдала деньги на танк. Я собрала на куклу 122 рубля и 25 копеек. А теперь отдаю их на танк. Дорогой дядя редактор! Напишите в своей газете всем детям, чтобы они тоже свои деньги отдали на танк. И назовем его «Малютка». Когда наш танк разобьет Гитлера, мы поедем домой. Ада. Моя мама врач, а папа танкист.
 
Вместе с мамой маленькая Ада была эвакуирована в Омскую область со Смоленщины. Ее отец воевал на фронте, и девочка очень хотела, чтобы он на танке бил фашистов. Дети отозвались. Со всей области и города Омска в редакцию пошли письма. 
«Я хочу вернуться в Киев. Вношу собранные на сапоги деньги – 135 рублей 56 копеек – на строительство танка «Малютка». Алик Солодов. 6 лет»
 
«Мама хотела купить мне новое пальто и накопила 150 рублей. Я поношу старое пальтишко. Тамара Лоскутова»
 
«Дорогая незнакомая девочка Ада! Мне только пять лет, а я уже год жила без мамы. Я очень хочу домой, потому с радостью даю деньги на постройку нашего танка. Скорей бы наш танк разбил врага. Таня Чистякова»
 
Шура Хоменко из Ишима: «Мне рассказали о письме Ады Занегиной, и я внес все свои сбережения – 100 рублей – и сдал на 400 рублей облигаций на постройку танка «Малютка». Мой товарищ Витя Тынянов вносит 20 рублей. Пусть наши папы громят фашистов танками, построенными на наши сбережения»
 
Так всем детским миром была собрана далеко не детская сумма, которую омские власти перечислили в Фонд обороны. В отделении Госбанка СССР по Омской области открыли специальный счет №350035. На него и переводились собранные деньги. А в газете появилась специальная рубрика, освещавшая продвижение инициативы Ады. В итоге, было собрано 160 886 рублей, после чего деньги были перечислены в Фонд обороны.

О детском поступке Омское гороно решило сообщить Сталину: «Дети-дошкольники, желая помочь героической Красной Армии окончательно разгромить и уничтожить врага, деньги, собранные ими на игрушки, куклы... отдают на строительство танка и просят назвать его «Малютка».
В мае 1943 года в город пришла правительственная телеграмма: 
«Прошу передать дошкольникам города Омска, собравшим на строительство танка «Малютка» 160886 рублей, мой горячий привет и благодарность Красной Армии. Верховный Главнокомандующий Маршал Советского Союза И.Сталин».


На детские деньги был выпущен легкий танк Т-60. 
Танк «Малютка» воевал в составе 91-й отдельной танковой бригады, его механиком-водителем была одна из девятнадцати женщин-танкистов РККА сержант Екатерина Алексеевна Петлюк. Вопреки распространённой легенде, «Малютка» не мог участвовать в Сталинградской битве, поскольку был построен не раньше весны 1943 года (по воспоминаниям современников, сообщение о направлении «Малютки» на фронт появилось в газетах в июне 1943 года).

Гвардии сержант Екатерина Алексеевна Петлюк (из фондов «Исторического архива Омской области»)
 
Как вспоминала сама Петлюк, на танк Т-60 она впервые села в ноябре 1942 года, а во время Орловской операции (июль — август 1943 года) пересела уже на танк Т-70. Очевидно, на танке «Малютка» она воевала в начале лета 1943 года, до этого же управляла другим танком Т-60. По совпадению, фронтовое прозвище Екатерины было «Малютка» (так её прозвали из-за небольшого роста — 151 см), его она написала краской на башне «своего» Т-60.

Именной лёгкий танк Т-60 «Малютка» (из фондов «Исторического архива Омской области»)

Ада Занегина, теперь 76-летняя Адель Александровна Воронец, живет и работает врачом в заводской медсанчасти подмосковного города Электросталь. Войну Адель Александровна помнит и сама, и со слов мамы. Враг подходил к Смоленску. Сычевка тоже оказалась под угрозой. Небольшой персонал детской глазной больницы во главе с главным врачом Полиной Терентьевной Занегиной с трудом разместил на пяти подводах сто десять больных детей. И повезли на станцию. Бомбежки, пулеметные обстрелы сопровождали этот необычный обоз. С плачем и слезами добрались до эшелона, погрузились и отправились в дальний путь. Около двух месяцев добирались до сибирской станции Марьяновка. Вместе с мамой шестилетняя Ада испытала и страх, и холод, и голод. Но была и радость: в такой жуткой дороге не потеряли ни одного ребенка.

«Я увидела и запомнила свою маму смелой, решительной, волевой, находчивой и заботливой к детям. Я гордилась, когда слышала, как чужие дети называли ее мамой. А когда оставались вдвоем, то говорили только о папе. Он воевал. Где, что с ним? Ведь шли первые месяцы войны. Помню маленькую комнатку при больнице, освещенную керосиновой лампой. Мама штопает мои чулки, я укладываю спать самодельную тряпичную куклу. И все говорим о папе. Я сказала маме:
- Немцев еще не разбили наши. Наверное, мало танков. И у папы нет танка. А как без танка он будет бить фашистов?
- Почему ты так думаешь?
- Ты сама говорила, что отдала деньги на танк. Если б у нас были танки, деньги на них не собирали бы. Я, как и ты, хочу отдать деньги, которые мы с папой складывали в копилку на куклу.
Вот так мы сидели с мамой и вместе думали, как сделать, чтоб у папы был свой танк. Мама посоветовала написать письмо в газету. Я послушалась и написала».

Малютка на «Малютке»
Историю «детского» танка в 1975 году раскопали омские красные следопыты (школьник из клуба «Искатель» омского Дворца пионеров Володя Яшин в старой подшивке «Омской правды» обнаружил письмо Ады Занегиной), и 9 мая 1975 года в Омске работник одного из одесских загсов Екатерина Алексеевна Петлюк впервые встретилась с Адой Занегиной. Екатерина Алексеевна - старший сержант 56-й танковой бригады, ставшая механиком-водителем танка «Малютка», сделанного на детские деньги. Одна из 19 советских женщин-танкистов 22-летняя Екатерина ростом 151 сантиметр за месяц переучилась в мехвода из пилота одесского аэроклуба ОСОАВИАХИМа, сдав все экзамены на «отлично». Она воевала геройски, заслужила ордена Красной Звезды и Отечественной войны. 

На Курской дуге, как выяснилось позже, Екатерина воевала где-то рядом с отцом Ады. Но, увы, для танкиста Александра Занегина бои под Курском оказались последними.

Вот что писала ветеран войны и журналистики Нина Кондакова о танкисте Екатерине Петлюк:
«Новые танки уже были в 56-й танковой бригаде. Катя осмотрела свой Т-60. Он ей понравился, только действительно был маленький.
- Ничего, - успокоила себя Катя. - Маленький, да удаленький. Повоюем, дружище!..
Катя нашла банку с белой краской и на башне любовно вывела: «Малютка». Танкисты подтрунивали: «Смотри, на других башнях какие имена - «Грозный», «Орел», «Смелый»! А у тебя - «Малютка». Ну ничего, под стать тебе...
»

«Малютка» не подвела свою хозяйку. В тяжелых боях юркий, вездесущий танк в руках Кати Петлюк прорывался вперед, проходил через завалы, кучи щебня и кирпича, проскакивал через дворы и внезапно атаковал вражеские позиции. Но и «Малютке» доставалось, и вскоре Катя со слезами на глазах простилась со своей любимицей. Обожженную огнем, подраненную снарядами, изрешеченную пулями «Малютку» отправили в ремонт. Катя пересела на более крупный танк - Т-70 и ринулась в пекло Курской дуги. Она не забывала «Малютку», снятые с нее часы согревали ее сердце живой памятью о боевой подруге...

После войны мирная жизнь позвала Катю в родные края. В Одессе вышла замуж, родила сына, работала в гражданских учреждениях и много сил и времени отдавала воспитанию молодежи. Фронтовичка-танкист увлеченно рассказывала в школах и вузах, в музеях и на праздничных встречах о боевых подвигах однополчан, вспоминала боевых друзей и свою неустрашимую «Малютку». Не знала Катя Петлюк, что в Сибири, в Омске, давно ждут с ней встречи школьники и студенты. Они разыскали ее в Одессе и дали телеграмму - приглашение на 30-летие Победы. Ломала голову, откуда ее знают омичи, никогда там не была... Собралась, на самолет и... в Омск. Встретили ребята, привезли во Дворец пионеров и показали большое театрализованное представление - яркие страницы истории города и одну из них - военной поры... Здесь Екатерина встретилась с Адой Занегиной.

- Мы обнялись и долго держали друг друга в объятиях, стараясь скрыть от людей наши слезы, - взволнованно вспоминала эту сцену Екатерина Алексеевна. - Это было несказанно трогательно и так неожиданно и удивительно для нас обеих...

На сцене Екатерине Петлюк вручили макет танка «Малютка», а Адели Воронец подарили большую красивую куклу, о которой в детстве мечтала Ада и на покупку которой собирала деньги.

Их возили по городу: администрация, пионеры, детские дома… И везде Аде дарили куклу, о которой она мечтала в годы войны. «Две хозяйки танка», – так называли Занегину и Петлюк в Омске.

В городе появился построенный на народные деньги троллейбус «Малютка». А в Электростали – автобус с этим именем.
В память об инициативе Ады около мемориала воинам Великой Отечественной войны в Марьяновке был установлен на постаменте танк.

Статфакт
20 рублей перечислили на строительство танка малыши из детского сада совхоза «Новоуральский» Таврического района. Они поддержали инициативу Ады Занегиной сдавать деньги. Те, у кого не было сбережений, зарабатывали концертами. Первыми сдали средства дошколята Лида Фатина, Лора Войстрова, Витя Кравченко, Юра Огородников, Саша Буробина, о чем «Омская правда» рассказала в марте 1943 года. Один из таврических дошколят сегодня живет и работает в Москве. Юрий Александрович Огородников - профессор, доктор наук, преподаватель Московского государственного педагогического университета.
- Войну вспоминаю всю жизнь, - говорит Юрий Александрович. - К сожалению, время стерло тот момент, когда мы собирали деньги на танк, но я помню, что страна объединилась в одном порыве помочь фронту. Поэтому вспоминаю не только отрицательные моменты военной поры, но и положительные. Я стараюсь всю жизнь помогать людям. Этому меня научила война.

Цифра
140 тракторов МТЗ-80 «Беларусь», которые носили имя «Малютка», с 1979 по 1986 год изготовили комсомольцы Минского тракторного завода на деньги пионеров Смоленщины. После Великой Отечественной войны, когда история танка «Малютка» стала широко известна, пионеры смоленской средней школы №2 выступили с инициативой целевого сбора металлолома и макулатуры.
Источник ➝

Подвиг малого гарнизона. Последними словами краснофлотцев были «Клятву сдержал»

У Победы много составляющих, но одна из главных – высочайшая стойкость и твердость духа советского солдата, офицера. О чем они думали, мечтали, писали родным и близким в передышках между боями?

«Родина моя! Земля русская!

Я, сын Ленинского комсомола, его воспитанник, дрался так, как подсказывало мне сердце, уничтожал гадов, пока в груди моей билось сердце. Я умираю, но знаю, что мы победим. Врагу не бывать в Севастополе!

Моряки-черноморцы! Уничтожайте фашистских бешеных собак. Клятву воина я сдержал.

Алексей Калюжный».

Это последние, предсмертные строки моряка-черноморца, защитника Севастополя. Они написаны во время второго наступления немецко-фашистских захватчиков на город, которое началось 17 декабри 1941-го.

В те дни по всей стране разнеслась весть о подвиге гарнизона дзота № 11. Он состоял из матросов-комсомольцев С. Раенко, А. Калюжного, Д. Погорелова, Г. Доли, В. Мудрика, В. Радченко, И. Четверикова.

Дзот находился в деревне Камышлы (Дальняя). Здесь противник наносил главный удар по советским войскам. Фашисты яростно штурмовали огневую точку, которая особенно мешала им, но не могли взять. Трое суток краснофлотцы отражали бешеные атаки, в которых участвовало до батальона отборной пехоты вермахта. Сохранились записи одного из защитников дзота Григория Доли.

Сто метров отделяли нас, семерых, от батальона врагов

«27 октября 1941 года. Сегодня я прибыл в дзот № 11. Из дзота хорошо просматриваются деревня, долина. Мои товарищи по электромеханической школе, первые обитатели дзота, встречают меня тепло и крепко жмут руки – Раенко Сергей, Погорелов Дмитрий, Калюжный Алексей. С каждым связано много воспоминаний. Все комсомольцы, отличные ребята. Старший в дзоте – Раенко.

5 ноября. Война приближается к нам. Ее гул слышится явственно и внятно. Что ж, будем воевать! Раенко – отличный пулеметчик. Погорелов каждый день тренируется в ловле гранат на лету. Удачно поймав гранату и метко бросив ее в цель, он многозначительно говорит нам: «Это пригодится!». Мы подражаем ему. За несколько дней все стали виртуозами.

16 декабря. Противник прорвал нашу оборону. Вот и к нам пришла война. Что ж, подеремся!

18 декабря. Тишина. Мы стоим наготове у амбразур. Перебираю в памяти вчерашний день и в полутьме вписываю одну строчку за другой в свою записную книжку. Вчера утром Раенко собрал нас и сказал: «Нас семь, немцев много. Но мы не имеем права отступать. Враг пройдет только через наши трупы. Поклянемся друг другу, что умрем, но не сделаем ни шагу назад».

Калюжный сказал первым: «Клянусь!». Каждый из нас опустился на правое колено и, подняв руку, произнес это слово... «Клянемся бить врага до последнего удара сердца, не отступать ни на шаг и не подводить товарища в бою. Если среди нас окажется трус, смерть будет ему уделом».

Мы подписались под клятвой.

К полудню артиллерия и минометы врага обрушили на нас и соседние дзоты тонны металла. Мы открыли ответный огонь по врагу…

Сто метров отделяли нас, семерых бойцов, от батальона врагов. И всю свою ненависть мы обрушили на гитлеровцев. Их ряды редели, но оставшиеся в живых яростно лезли вперед, засыпая нас минами, обстреливая из автоматов.

Раенко ранен в голову. Это первая кровь, обагрившая дзот! Калюжный подбежал к командиру и перевязал его. Раенко снова залег за пулемет.

Вчера впервые я увидел силу человеческой ярости: пулеметным огнем Раенко истребил, как насекомых, свыше ста гитлеровцев. Бойся, вражья сила, этой ярости!

В разгар неравной схватки, когда к дзоту, как саранча, подползала гитлеровская сволочь, разорвалась мина. Осколком смертельно ранило в голову нашего командира. Он упал навзничь у пулемета, и максим замолк. Мы подбежали к командиру: кровь била струйкой из раны. Он задыхался. Бережно положили его на земляной пол. А за пулемет лег Погорелов. И когда снова застрочил максим, мы услышали шепот умирающего командира: «Клятву, клятву помните...» И Раенко умер. Вместе с Калюжным выскакиваем на бруствер и из автоматов расстреливаем группу немцев, приближающуюся к дзоту: «Вот вам за командира, гады!».

С утра немцы пошли в атаку на наш дзот. Огнем отбиваем их яростный натиск. У пулемета – Погорелов и Мудрик. Остальные вышли в траншеи. Ведем огонь, часто меняем позиции. Снарядом разнесло левую амбразуру, осколок насмерть поразил Погорелова... К пулемету бросился Калюжный. Но вдруг пулемет захлебнулся и умолк – его разбило вражеским снарядом. Убиты Мудрик, Четвериков, тяжело ранен Калюжный.

Он просит лист бумаги. Я быстро вырываю из записной книжки и даю ему. Алексей что-то пишет... Я бегу к Радченко. Он один своим огнем сдерживает натиск взбешенных гитлеровцев. Приходится беречь патроны и стрелять только по появившейся цели. Фрицы в 20 метрах. В траншею летит граната. Я ловлю ее и сразу бросаю за камень, где притаились фашисты. Она рвется, сотрясая воздух. Потом становится тихо...

Калюжный зовет меня. Он подает мне исписанный лист бумаги. Я читаю: «Родина моя! Земля русская!..»

Через несколько дней подразделение моряков-черноморцев выбило гитлеровцев из дзота. Краснофлотцы нашли записку Алексея Калюжного. Бесстрашному воину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Популярное в

))}
Loading...
наверх