Как Миклухо-Маклай предлагал Александру III использовать Новую Гвинею

Новая Гвинея для Н.Н. Миклухо-Маклая была не просто регионом, на котором сошлись его научные интересы. По мнению путешественника, организованная на столь отдаленных берегах российская колония могла принести государству несомненную пользу.

Забота об аборигенах

Вернувшегося в 1875 году на родину из своей первой экспедиции в Новую Гвинею Миклухо-Маклая переполняли идеи.

Прослышав о стремлении Британии аннексировать восточную часть острова, что могло нанести папуасам непоправимый урон, путешественник торопился добиться у российского правительства поддержки его намерения «сплотить аборигенов в одно целое» для противостояния англичанам.
Послание Маклая, предварительно отредактированное канцлером А.М. Горчаковым, легло на стол Александра II. Российский император прислушался к совету многоопытного министра и отклонил предложение ученого, мотивировав свой отказ удаленностью региона и отсутствием к нему государственного интереса. Впрочем, истинная причина лежала, скорее, в дипломатической плоскости: Александр II не хотел ухудшать и так непростые отношения с Англией.

Историк Алексей Плотников высказывает мнение, что у России все-таки были основания закрепиться в восточной части Новой Гвинеи, если брать во внимание приобретение там российскими подданными обширных земельных владений. Протекторат России над «Берегом Маклая», по словам историка, соответствовал бы всем международным нормам.

«Берег Маклая»

Не дождавшись помощи от российских властей, путешественник решился обратиться за содействием непосредственно к англичанам. В ноябре 1881 года свой проект развития «Берег