Секретные протоколы Запада

Удивительные вещи происходят вокруг пакта Молотова – Риббентропа. До западных исследователей наконец-то дошло, что подобные пакты с Гитлером имели все европейские колониально-демократические державы, что это советско-германский договор о ненападении, а не о военном союзе для нападения на Польшу, как его изображают разного рода «национальные институты памяти», то есть официальные фальсификаторы истории, выполняющие политический заказ. Теперь они цепляются за его «секретные протоколы» о «разделе Польши».

Обычная европейская практика

В контексте того предвоенного времени секретные протоколы с Гитлером, писаные и неписаные (устные), на которые вызывающе публично намекала в то время западная пресса, имели все участники мирного Мюнхенского договора 1938 года западных колониальных демократий с Гитлером, предусматривающего раздел Чехословакии. Раздел и оккупацию Чехословакии Гитлером и Польшей можно вполне считать началом Второй мировой войны в Европе.

Основанием для этого послужил и пакт Гитлера – Пилсудского, Польша стала первой страной, подписавшей «пакт» с Гитлером в январе 1934 года, и он имел свои «секретные протоколы», утверждает ряд историков, в которых содержался план совместного «похода на Восток».

Эти польские «секретные протоколы» до сих пор не могут найти, Варшава отрицает их существование, но в архивах польского Генштаба обнаружены документы, свидетельствующие о германо-польских планах войны с СССР времён маршала Пилсудского. Факт большой личной дружбы Гитлера и Пилсудского общеизвестен, Адольф очень скорбел о смерти своего польского друга в 1935 году, и эта дружба диктаторов требует своего осмысления в контексте пропавших польско-германских «секретных протоколов».

Вообще, секретные протоколы были обычной практикой того предвоенного времени. Англо-польский военный договор, подписанный 25 августа 1939 года, имел свои секретные протоколы, в которых военным противником этого союза определялась Германия. Если приравнивать протоколы к договорам к самим договорам, то Англия причастна к нападению Гитлера на Польшу 1 сентября 1939 года, поскольку объявила Германию своим противником в военном договоре с Польшей, и Гитлер и Генштаб его отдавали себе в этом отчёт…

После польской военной катастрофы в сентябре 1939 года Англия не выполнила свои договорные обязательства, бросив Варшаву на произвол судьбы. Ни Англия, ни Франция не имели тогда претензий к СССР, но согласились с её правом на укрепление своих границ с Германией. Уинстон Черчилль прямо сказал, что СССР принял единственно верное решение, отодвинув свои границы на запад в 1939 году. Поэтому исторически вопрос о «союзе Гитлера и Сталина» в 1939 году был закрыт в этом же году. Но польский Институт памяти, а затем и премьер-министр Польши объявляют нам сегодня польскую версию начала войны, говорят о «союзе Гитлера и Сталина». О чём это говорит?

«Новопилсудская» Польша

Мы имеем сегодня дело с «новопилсудской» Польшей, вернувшейся к наследию и завещаниям своего маршала Пилсудского, известного большой враждой к СССР-России. Любое улучшение отношений европейских столиц с Москвой вызывает приступы русофобии в Варшаве. Стоит канцлеру Германии Меркель только сказать о необходимости установления добрых взаимоотношений с Россией, в Варшаве сразу кричат, что это новый пакт Молотова – Риббентропа, который якобы привёл в своё время к разделу Польши. И никому там не приходит в голову, как они оскорбляют этим современные Германию и Россию.

Такая позиция Варшавы просто вынуждает Россию напомнить Варшаве о дружбе пана Пилсудского и Гитлера, Польши и Германии вплоть до совместного раздела с Германией Чехословакии. За это Черчилль и обозвал тогдашнюю Польшу «гиеной Европы».

В начале 1939 года Варшава осуществляет резкий поворот к военному союзу с Англией, а не с СССР. Поэтому СССР не был обязан защищать враждебную ему «пилсудскую» Польшу перед лицом Германии. После окончания войны Сталин проявил себя просто гуманистом в сравнении с Пилсудским, планировавшим уничтожение СССР вместе с Гитлером. Сталин возвратил Польше государственность, социалистическую, конечно, но другой у него не было. Подарить Польшу в качестве плацдарма США Сталину как-то не пришло в голову, в чём его обвиняют сегодняшние «институты памяти».

Интересно, что сегодняшний поворот Польши в сторону Америки в пику Германии и Франции повторяет поворот Польши в 1939 году в сторону Англии. Подняв на щит наследие Пилсудского, Варшава нацелилась теперь на Галицию, которая при Пилсудском была польской провинцией, и думает опереться в этом на США. И пытается помыкать Германией, выставляя ей новые счета за ущерб во Второй мировой войне. Если дело так и дальше пойдёт, тогда, пользуясь польским политологическим аппаратом, Польша придёт к своему очередному разделу.

В такой ситуации России и делать ничего не нужно, она просто не будет мешать Германии восстанавливать историческую справедливость, пострадавшую от Сталина. Нет преемственности Польши с социалистическим её периодом – нет и обязательств России по сохранению территориальной целостности Польши.

Казус Липски

Недавнее определение Владимира Путина польского посла Липски в Германии времён Пилсудского «антисемитской свиньёй» говорит о том, что Москва не будет больше терпеть польских оскорблений по поводу пакта Молотова – Риббентропа и официальную позицию Польши: «СССР напал на Польшу в 1939 году, как и Германия». Польские обозреватели правильно заметили, что Россия будет теперь обвинять Польшу в причастности к развязыванию Второй мировой войны. И не только Польшу, возможно.

Исторические вопросы – это всегда политика, и цитирование Путиным польского посла Липски по поводу «великолепного памятника Гитлеру в Варшаве» – это политика. Москва больше не будет спускать Варшаве и другим «партнёрам» их антироссийские исторические заявления, приравнивание Гитлера к Сталину и фашистской Германии к СССР. До сих пор Москва надеялась, что возобладает хотя бы здравый смысл и ограничивалась только общим осуждением западных «историков». Теперь Москва готовится давать в свою очередь оценки западным деятелям и деяниям, не стесняясь. Они же не стесняются…

Делать это достаточно просто: надо давать контекст тех исторических событий, который выбрасывают наши «партнёры», как в случае с послом Липски. Говорят, кто владеет историей, тот владеет сегодняшним днём. Вот сегодняшний наш день мы и отстаиваем, приводя факты с Липски в противовес сочинениям институтов национальной памяти. Подобных фактов в наших архивах много.

Виктор Каменев

Источник ➝

Какие белые генералы в эмиграции подержали Красную Армию в Великую Отечественную

Гитлеровское вторжение в СССР раскололо белую эмиграцию. Одни её представители открыто встали на сторону нацистов, считая их освободителями России от «ига большевизма», другие, продолжая быть противниками большевиков, желали победы в войне своей бывшей Родине.

Деникин против Гитлера

Так, генерал Антон Деникин, один из видных лидеров белых в Гражданскую войну, призвал русскую эмиграцию к отпору Гитлеру. Деникин повесил на стену карту и флажками отмечал на ней продвижение РККА. Сначала – на восток, затем – на запад.

Он выступал с антигитлеровскими речами и статьями. Ни арест жены, подлежащей, как все русские эмигранты до 55 лет, отправке в концлагерь, ни визит сотрудников гестапо не смогли переменить позицию Деникина.

Заручиться его поддержкой пытались власовцы, делегация которых посетила Деникина в городке Мимизане, на юге Франции близ побережья Атлантики, где генерал жил. В ответ на предложение о сотрудничестве Деникин прочёл короткую лекцию о силе Красной армии и выразил уверенность в победе СССР. Есть данные, что с Деникиным встречался и лично Власов. Деникин остался непреклонен. «Я воевал против большевиков, а не против народа. И с удовольствием стал бы командиром Красной Армии», — как-то сказал Деникин.

Оказывал Деникин и реальную помощь. Например, историк Юрий Гордеев, со ссылкой на архивные документы, сообщает, что в 1943 году Деникин отправил в СССР вагон с медикаментами, купленными на собственные деньги. Власти СССР решили принять подарок, не афишируя, от кого он.

В конце осени 1944 года, в обращении по поводу 27-летней годовщины Добровольческой армии, Деникин восхитился подвигом бойцов Красной Армии, отдавших жизни за освобождение России от «немецкой чумы», и пожелал РККА победы.

Движение «оборонцев»

Деникин был не одинок в своём неприятии германской агрессии. Среди белоэмигрантов видную роль играло движение «оборонцев», считавших, что есть Родина, которую необходимо защищать от врага, независимо от политического строя. Видным «оборонцем» был, например, адмирал Кедров, командовавший в 1920 году флотом Врангеля.

Активную роль в движении играли полковник Петр Колтышев, бывший старший помощник начальника оперативного отдела штаба Добровольческой армии и генерал-лейтенант Петр Махров, бывший генерал-квартирмейстер штаба ВСЮР. Махров, узнав о нападении на СССР, отправил письмо советскому послу во Франции Богомолову с просьбой зачислить его в РККА хотя бы рядовым. Письмо попало а руки вишистам (французское правительство Виши сотрудничало с Гитлером) и Махров стал заключённым концлагеря. Только благодаря заступничеству видного генерала Нисселя 7 декабря 1941 года Махров вышел на свободу и продолжил оборонческую работу среди белоэмигрантов.

С просьбой о зачислении в РККА обращался в советские инстанции князь Николай Оболенский. Не получив ответа, он вступил в Сопротивление и стал там видной фигурой.

Можно ещё вспомнить и других «оборонцев»: генерал-майор Вячеслав Баранов, бывший начальник авиации Донского казачьего войска и армии Врангеля; казачий генерал-лейтенант Петр Писарев, герой боев за Царицын в 1919 году; генерал-лейтенант Павел Кусонский. Последний был арестован гестапо и скончался от пыток осенью 1941.

Генерал от кавалерии Петр Попов, атаман Войска Донского, резко отказался формировать казачьи части для борьбы с РККА на стороне гитлеровцев. Арестован гестапо.

Известен эпизод, когда работавший шофёром у немцев белоэмигрант-офицер не вышел на работу после 22 июня 1941 года. В ответ на требования объяснений ответил, что не является большевиком, но не видит для себя возможности продолжать работать на немцев после того, как они напала на его Родину. Умер в тюрьме.

Полковник Генерального штаба Махин служил советником в Народно-освободительной армии Югославии и стал членом югославской Коммунистической партии.

Стоит упомянуть ещё национал-большевиков и евразийцев. Если коротко, они считали СССР новым воплощением Российской империи, Сталина – «красным императором», для которого мощь и процветание России важнее интересов международных коммунистических кругов. Соответственно, РККА – это армия собственной страны, которой нужно желать победы и работать для этой победы. С воодушевлением было принято введение в 1943-м году погон, это посчитали за знак возвращения к традициям и восстановление преемственности с прежней русской армией.

https://russian7.ru/post/kakie...

Картина дня

))}
Loading...
наверх