Ошибка капитана Армана

Сентябрь 1936 г. В разгаре гражданская война в Испании. СССР протягивает руку военной помощи. В порт Картахен прибывает советское судно «Комсомол». Республиканская Испания, интербригады вдохновлены – это мощная поддержка их правого дела – отстоять Родину от фашизма. На земле Испании – советские танки Т-26, боекомплекты, запасные части, топливо и масла. С транспортом также прибыли 30 опытных танкистов-инструкторов – их командир полковник Кривошеин. В середине октября на военной базе Арчене началась интенсивная подготовка испанских танкистов.

Так началась операция советского Генштаба – «Операция-Х».

 

Справедливое изречение:если хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах. Радужные планы военных мероприятий в Испании рушились на глазах. Пришла информация – Мадрид в опасности, на столицу в усиленном темпе идут 4 колонны мятежников. Учебу танкистов пришлось свернуть. На встречу фашистам 26 октября 1936 г. выдвигается рота советских танков со смешанным экипажем. Командир, механик-водитель – наши, заряжающий –испанец. Командует «парадом» – капитан Поль Арман (СССР).

 
Поль Матисович Арман
Поль Матисович Арман

Задача перед танкистами проста как осенний лист – сообща с ополченцами 1-ой бригады ударить по флангам наступающих, смять их боевые порядки, занять городки Сесеньо и Эскивидас, навести шороху в тылу противника. Но все опять пошло не по плану. Здесь нужно отметить следующее: бригада ни разу не была в боях. Т.е. военного опыта никакого. Советские танкисты прекрасно подготовлены, но также в реальных боях не участвовали. Тем не менее – танковая рота с боями прорвалась и двинулась к городкам. Франкисты, оставшиеся в живых, сгруппировались и открыли бешеный огонь по ополченцам. Пришлось залечь, притом надолго. Капитан Арман совершил ошибку – вошел в город без поддержки пехоты. Посланные в центр три танка разведки не вернулись. Командир вырвался вперед и на одном из перекрестков наткнулся на отряд всадников. Это были союзники Франко – марокканская кавалерия о которых шла дурная слава. Генерал платил им мало, но милостиво разрешал им грабить население и насиловать женщин. И они с большой радостью этим и занимались в перерывах между боями. А солдатами они были, нужно прямо сказать, смелыми и дерзкими. Обвешанные с головы до ног оружием, на конях или верблюдах, они нагоняли страх и ужас на испанцев.

И вот они встретились – советские танки и марокканские разбойники. Последние ждут прибытие итальянских танкеток. Не стреляют – может быть это итальянцы. Арман не стреляет – он один. Чревато. Латыш – коммунист Арман в свое время жил во Франции. Хорошо знал французский. Марокко было протекторатом Франции, и марокканцы знали этот язык. Арман потребовал, чтобы очистили дорогу. К танку подошел марокканский офицер, спросил: «Кто и откуда?». «Командир танковой роты», – ответил Арман. Тут к командирской машине подкатили еще два Т-26. Марокканец в растерянности. Можно действовать. Арман закрывает люк и дает команду: «Дави их, ребята!»

И советские танки пошли в атаку. Это было ужасное зрелище. Но это была война. Не ты, так – тебя. И жалостью, и состраданием здесь не пахло. Разбежавшиеся от ужаса, кто-куда, через некоторое время марокканцы пришли в себя и начали смело и решительно обороняться. Но пули и гранаты не брали советские танки. У разбойников все-таки нашлось эффективное средство против танков. Это бутылки с зажигательной смесью. Они могли сжечь все танки. «Из города вон, прорываемся», – приказал Арман танкистам. Все-таки один «коктейль Молотова» «перебил» гусеницу Т-26 Селицкого. «Сейчас подойдет пехота, они помогут», – сказал Арман. Колонна выехала из города. Из зеленого маскировочного цвета боевые машины «перекрасились» в ярко-красный…

При подходе к городу Эскивидасу остановились, чтобы привести машины в порядок. Заметили, что к ним приближаются 8 итальянских танкеток «Ансальди». Из огня да в полымя.

«Замаскироваться, устроить засаду!» – приказал Арман. Итальянцы начали напирать. Первыми же выстрелами советских танкистов были уничтожены 3 танкетки, затем еще 2. Не выдержав мощного танкового огня, итальянцы решили ретироваться с поля боя. Но все же один из них, скорее всего, командирский раздумал позорно бежать и стал рьяно надвигаться на танк Армана. С метров 20-ти итальянец неожиданно атаковал огненной стрелой. «Ансальди» был оборудован огнеметом.

Арман успел выстрелить, но промахнулся и вынужден попятиться назад. В это время стальная махина в 10 тонн лейтенанта Семена Осадчего на большой скорости протаранила танкету – она скатилась в овраг, несколько раз перевернулась и взорвалась, это был первый в истории танковый таран. И первый танковый бой РККА…

 
Семён Кузьмич Осадчий 
Семён Кузьмич Осадчий 

За этот бой капитан Поль Арман стал первым Героем Советского Союза среди танкистов. Семен Осадчий – вторым. Посмертно.

…Тяжелая обстановка диктовала нашим танкистам – надо отступать. И снова их путь шел через городок Сесеньо, где их с нетерпением ждали марокканцы, которые уже успели разместить свои пушки на высоких зданиях, чтобы эффективно уничтожать советские танки. Наткнулись на машину Селицкого – он стал легкой добычей для марокканцев. Экипаж –погиб. На выезде из города случайно вышли на танк разведчика – обездвиженного Т-26 Соловьева. Он оборонялся от наседавших марокканцев. Его буквально выхватили из рук кровожадных африканских головорезов.

Уже покидая Сесеньо, уткнулись во второго разведчика – Т-26 Лобача. Он в одиночку бился с марокканцами. На глазах роты был расстрелян сверху марокканской пушкой. Снаряд разворотил башню, залетел внутрь, подорвав боекомплект. Как сложилась судьба третьего разведчика – Т-26 Климова, удалось выяснить только после войны. Стало известно, что он единственный, кто добрался до города Эскивидиса, где и был подорван.

Итак, рота потеряла 20% танков. Поддержать наступление республиканцев в полной силе не удалось. Да, хорошо потрепали марокканцев, показали итальянцам что такое «русский танковый таран». Преимущество советской техники было очевидным. Таковы были итоги первого в истории РККА танкового боя, принесший бойцам бесценный боевой опыт, который пригодился в годы Великой Отечественной войны. Первый танкист Герой Советского Союза Поль Арман погиб под Волховым в августе 1943 г. от пули снайпера.

Источник ➝

Чехословацкого «маршала Победы» опасались в Праге и ценили в Москве

Успех операции «Дунай» – заслуга министра обороны ЧССР

Массовое кровопролитие по ходу операции «Дунай» (1968) было предотвращено усилиями генерала армии Мартина Дзура (1919–1985). Благодаря ему Чехословакия осталась в Варшавском договоре и СЭВе.

В октябре 1941 года он был призван в словацкую марионеточную армию и направлен на германо-советский фронт. Но в январе 1943-го перешел на сторону Красной армии, с июля того года – в Первой Чехословацкой бригаде (ПЧБ), сформированной в Бузулуке (Башкирская АССР).

В этом соединении Дзур был рядовым, затем командиром взвода, с мая 1944-го – на штабных должностях и политработником. Вместе с бригадой участвовал в боях под Киевом, Белой Церковью, Жашковом, Львовом, на Дукельском перевале, в освобождении Чехословакии от нацистов.

Окончил в СССР Военную академию тыла и транспорта в 1952 году, Высшие академические курсы при ней в 1956-м, а в 1966-м – ВАГШ ВС СССР. Генерал-майор – с 23 октября 1958 года, генерал-полковник – с мая 1968-го.

Дзур был против участия ГДР в «Дунае», но Москва проигнорировала доводы чехословацкого министра

С 1958 года Мартин Дзур – начальник тыла в ранге помощника замминистра национальной обороны ЧССР. С 1961-го – заместитель министра.

Долгий путь Дзура к должности руководителя военного ведомства, которую он занимал с 1968 года, был обусловлен синдромом Жукова. В Праге, как и в Москве, власти не доверяли авторитетным военачальникам периода Второй мировой, полагая, что те могут отстранить от власти правящую номенклатуру.

В ЧССР с начала 60-х годов ситуация стала ухудшаться в связи с планами руководства страны трансформировать ее в конфедерацию Чехии и Словакии. Потому пришлось доверить Дзуру пост замминистра (в 1961-м), а с мая 1968 года – министра обороны. Притом что он выступал против конфедерализации Чехословакии.

Дзур считал ввод войск ВД единственной возможностью сохранить унитарность Чехословакии. А его авторитет в вооруженных силах был сродни жуковскому, потому его приказ не оказывать сопротивления введенным войскам выполнялся беспрекословно за исключением ряда стычек погранвойск ЧССР с подразделениями Немецкой народной армии. Дзур был против участия ГДР в «Дунае» («Армии – пять, политбюро – двойка»), так как это напоминало бы согражданам о нацистской оккупации. Но Москва проигнорировала резонный довод чехословацкого министра.

Дзур оставался на посту вплоть до своей внезапной кончины.

Советское руководство ценило и военные заслуги генерала, и его вклад в укрепление двусторонних отношений. Участие Дзура в разгроме немецко-фашистских войск отмечено орденом Красного Знамени и медалью «За освобождение Праги» (1945). В 1978-м, ровно через 10 лет после завершения операции «Дунай», генералу вручили в Москве орден Октябрьской Революции. «За заслуги в укреплении боевого содружества армий Варшавского договора и советско-чехословацкой дружбы», – гласил указ Президиума Верховного Совета СССР. А в 1983-м министр обороны ЧССР был удостоен ордена Ленина. На сей раз за выдающиеся военные заслуги и вклад в укрепление дружбы и сотрудничества между Советским Союзом и Чехословакией.

Награды хранит семья легендарного военачальника.

Дзур ушел из жизни меньше, чем через месяц после кончины министра обороны СССР Дмитрия Устинова, у которого были те же симптомы быстротекущей болезни. Предположение, что авторитетные военачальники загодя устранялись для облегчения проведения перестройки, не лишено оснований.

Заголовок газетной версии – «Советские награды чехословацкого Жукова».

Алексей Чичкин,
ведущий рубрики
Мартин Дзур/Martin Dzur Дмитрий Федорович Устинов

Популярное в

))}
Loading...
наверх