Преступление и наказание: европейские оккупанты в лагерях УССР

Александр СЕВИДОВ

Гитлеровское вторжение в СССР в 1941 году по-современному можно смело назвать «евроинтегрированным», так как среди вторгшихся были представители практически всех народов Европы и не только. Естественно, что они попадали в советский плен, где приходилось искупать свою вину самоотверженным трудом и жизнями. Такова логика войны.

Мы уже рассказывали о судьбе пленных немцев, https://odnarodyna.org/content... отбывающих наказание на Украине, теперь пришло время рассказать о союзниках Германии – итальянцах, румынах, венграх, преимущественно воевавших на территории УССР.

Что касается итальянцев, то их судьба тесно переплетена с Украиной, они воевали в Донбассе, оставив там множество кладбищ. Первый пленный итальянец – пилот ВВС Лорис Наннини – попал в плен в сентябре 1941 года возле Николаева. После Сталинграда и свержения Муссолини итальянцев частично расстреляли немцы во Львове, некоторые из попавших в советский плен работали в лагерях Южного региона УПВИ (Управление по делам военнопленных и интернированных).

                                    Итальянцы в Донбассе, 1942 г.

Помимо попавших 64 тысяч военнопленных, из Италии в СССР было репатриировано еще около 10 тысяч гражданских. Итальянцев преимущественно содержали в лагерях Суздаля, Тамбова, Воронежа. В УССР группы итальянцев вместе с венграми, румынами, хорватами и французами содержались в лагерях Одессы, Рени, Бердичева, Николаева, Умани, Харькова, Чернигова, Смелы, Краматорска, Винницы, а также в Кадиевке (Стаханов), Красном Луче, Перемышле, Старопетровке (Запорожская область), Кобеляках. Кроме того функционировали «больничные лагеря» в Белой Церкви, киевской Дарнице, Новоград-Волынском, Купянске, Софиевке (Запорожскеая область), Провиданке (шахта «Красная звезда» Донецк).

                            Списки лагерей с пленными итальянцами

На основании циркуляра НКВД «Об использовании рабочей силы всех трудоспособных военнопленных» от 8 января 1942 года итальянцев и других пленных стали активно использовать на тяжёлых работах.

Условия содержания, климат, болезни вычищали ряды итальянцев. По подсчетам исследовательницы Марии Терезы Джусти, из 64,5 тысячи военнопленных на родину вернулись лишь 10032 человека. Например, в лагере Рени с сентября 1943 по март 1945 г. умерли 429 человек. Зато на войну они шагали браво, с большим вдохновением…

Между тем возвращать военнопленных начали ещё в 1945 году. Согласно директивы №157 замнаркома внутренних дел СССР генерал-полковника Чернышова «О порядке отправки на родину военнопленных, освобождаемых в соответствии с указаниями НКВД СССР» подлежали освобождению «военнопленные рядового и унтер-офицерского состава независимо от физического состояния следующих национальностей: поляки, французы, чехословаки, югославы, итальянцы, шведы, норвежцы, швейцарцы, люксембуржцы. американцы. англичане. бельгийцы, голландцы, датчане, болгары и греки» и другие. Тогда же пленным позволили переписываться с родными.

В связи вялостью лидеров компартии Италии, не особенно хлопотавших о своих (в отличие от мадьяр, румын, французов), репатриация итальянцев шла медленно и завершилась только в 1956 году!

Известен случай, что последним пленным итальянцем оказался сошедший с ума А. Тонете, содержавшийся в психбольнице Киева и потому забытый. Он отправился домой 12 сентября 1956 года.

В плену оказалось три итальянских генерала – командир 4-й альпийской дивизии «Кунеэнзе» генерал Эмилио Сильвио Баттисти, командир 156-й пехотной дивизии «Виченца» бригадный генерал Этелволдо Аугусто Пасколини и командир 3-й альпийской дивизии «Джулия» бригадный генерал Умберто Алехандро Риканьо. Все они были пленены под Сталинградом, все прошли Суздальский и Лежневский лагеря, Воронежскую тюрьму и Киевский лагерь военнопленных № 62 МВД СССР, после чего в 1950 году были освобождены и отправлены в Италию. Доказательств для осуждения их как военных преступников было недостаточно.

                      Пленные итальянские генералы февраль 1943 г. Слева                                             направо Пасколини, Баттисти, Риканьо

Примечательно, что со стороны гражданского населения в России и на Украине к пленным итальянцам отношение было более чем лояльным, в связи с чем появилась легенда о десятках итальянцах оставшихся в Союзе, что нашло отражение в фильме Витторио де Сика «Подсолнухи», который, как и фильм «Они шли на Восток», снимали возле Полтавы, где тоже работали итальянские пленные.

Правдой является история, как итальянцы вынесли из луганского горкома партии бюст Ленина и отправили его в подарок Муссолини, который не стал его уничтожать, а отдал презент в Римскую национальную галерею современного искусства. Бронзовую копию этого бюста установили на площади имени Ленина в городе Кавриаго, где Ильича давно избрали «почетным мэром», где памятник и стоит…

                                      Тот самый бюст Ленина

Французы из дивизии СС «Шарлемань» и LVF (Légion des Volontaires Français) на Украине содержались в Бердичеве, Шепетовке, Староконстантинове. После Ялтинской конференции, где союзники договорились о взаимной репатриации, в Одессе были созданы несколько лагерей для репатриантов – в одни свозили европейцев, которых английские корабли увозили домой, в другие (на Куяльницком лимане) для «фильтрации» прибывали советские граждане из плена и принудительных работ. Всего на нужды возвращавшихся пленных было экспроприировано до десятка одесских школ. Французы содержались в лагерях на Соборной площади (ул. Льва Толстого, 2; ныне школа № 121), на Пролетарском бульваре, в 1-й железнодорожной школе, и в Люстдорфе.

                  Одесса, лагерь №138 на Пролетарском (Французском)                                                бульваре. Сейчас здравница СБУ «Одесса».

Если верить одесским источникам, то весной 1945 года в городе собралось 38,5 тыс. французов, 4,5 тыс. бельгийцев, 4 тыс. англичан, 3 тыс. американцев, а еще голландцы, датчане, норвежцы и другие. Кстати, содержание французов прибыл проверять начальник военной миссии по репатриации генерал Келлер и даже организовал для своих концерт джаз-оркестра Белорусской ССР под руководством Эдди Рознера, после француза Одессу посетила Клементина Черчилль. Оба остались довольными увиденным в лагерях.

Потом пришло время репатриации румын из Одессы в Констанцу. Румын брали в плен с начала войны, да и первыми генералами, пленёнными РККА, были Николае Мазарини и Михай Ласкар – будущий министр обороны Румынии. Всего вместе с репатриантами румын было около 300 тысяч.

                                Румыны, взятые в плен под Одессой

Румынские и немецкие военнопленные под охраной партизан в Киеве, ноябрь 1943 г.

Тогдашних подданных Антонеску, палачей и грабителей Причерноморья, содержали практически в тех же лагерях, что и итальянцев, хотя большей концентрация была в Донбассе. Десяток пленных генералов держали в Суздале.

Румынам повезло, что их «верхи» вовремя «переобулись» и выступили против Гитлера, дав согласие на формирование в СССР двух дивизий из военнопленных и антифашистов. Многие спасли свою шкуру – как командир 4-й горнострелковой дивизии, штурмовавшей Севастополь, генерал Георге Манолиу, которого вполне мог ждать 25-летний срок.

В лагерях румыны, как и все пленные, работали батальонами, участвовали в стимулированном трудовом соревновании, переживали голод, политическую агитацию и ждали возвращения.

Пленные румыны в одесском лагере военнопленных на осмотре у врача

Оно наступило довольно быстро, хотя тоже растянулось до начала 50-х годов. 11 сентября 1945 года Берия издал приказ об освобождении 40 тыс. военнопленных румын рядового и унтер-офицерского состава, которых вывозили в Констанцу на экс-румынских пароходах «Трансильвания» и «Бессарабия», изъятых СССР в счет репараций. Часть возвращаемых отправляли по суше в фильтрационный лагерь в Фокшанах.

                     Положение к приказу о начале репатриации румын

В справке начальника ГУПВИ МВД СССР генерал-лейтенанта Кривенко на имя Молотова указано: «В соответствии с решением ГОКО № 9865сс от 13 августа 1945 г. освобождено и отправлено на родину 61662 чел. военнопленных румын. Кроме того, передано военнопленных румын на формирование румынских добровольческих дивизий 20411 чел.

Содержащиеся в лагерях МВД военнопленные румыны, за исключением генералов, офицеров и больных, используются на работах на предприятиях различных хозяйственных министерств. В том числе наибольшее количество военнопленных румын используются на работах: в строительных министерствах- 6000 чел., в Министерстве угольной промышленности — 5000 [чел.], путей сообщения — 2600 [чел.], электростанций — 2200 [чел.], цветной металлургии — 1000 чел». В документе указано, что в лагерях МВД по состоянию на 10 апреля 1946 года содержится 50928 пленных румын. Более всего в областях: Ворошиловградской (5394), Днепропетровской (5394), Сталинской (2966) Киевской (2058) Николаевской (500).

В Николаеве лагерь №126 создали прямо на территории бывшего немецкого «Шталага-364». Здесь держали почти 8000 венгров, около 3100 румын. Пленные активно задействовались на восстановлении судостроительных заводов (имени 61 коммунара и имени Андре Марти), строили Николаевскую ТЭЦ, мостили дороги. В 1949 году оставшихся пленных переместили на Луганщину, в Курахово.

О венграх – разговор особый, так как они до последнего оставались с Гитлером, их даже брали в СС, воевали активно, а в тылу использовались для карательных операций (штаб охранного корпуса находился в Киеве) и прославились невероятной жестокостью, отчего появилась легенда, мол, Ватутин даже издал негласный приказ в плен мадьяр не брать. Но они сдавались и после завершения войны и облав в Будапеште, в СССР накопилось больше чем полмиллиона венгерских пленных и репатриантов.

Среди них были важные особы: командир 3-го армейского корпуса майор-генерал Марсель Штомм, начальник штаба армии Венгерского королевства Хенрик Верт, выданный СССР венграми и умерший в Красногорском лагере. Ещё один начальник Генштаба – генерал-полковник Янош Вёрёш сдался Красной армии (после он стал министром обороны временного правительства Белы Миклоша, перешедшего на сторону СССР).

                           Личное дело заключённого Хенрика Верта

Часть генералов (Алдя-Пап Золтан Иоган, Бауман Иштван Франц, Вуковари Дердь Якоб, Сабо Ласло Антон, Эрлих Гезо Агоштон) должны были повесить после Черниговского процессаhttps://odnarodyna.org/content... , однако приговор им вынесли в октябре 1947-го, после того как в СССР отменили (на время) смертную казнь, и потому те отделались приговором в 25 лет, но вышли в 1955-м.

Самым полезным венгерским пленным оказался начальник 2-го отдела (разведка, контрразведка) королевского венгерского Генштаба генерал-майор Штефан Уйсаси, выступавший свидетелем на Нюрнбергском процессе, не раз радовавший своей информацией СМЕРШ.

Кроме «черниговской» эпопеи мадьярский генералитет держали поближе к Москве, хотя перед отбытием домой они были в Киеве. А вот значительная часть состава венгерских военнопленных искупала свою вину на Украине. Енакиево, Горловка, Азовсталь, Запорожсталь, Кураховская ГРЭС – стройки, где трудились мадьяры, особенно много их задействовали для работ в шахтах.

В Харьковской области были два лагеря с большим количеством мадьяр – № 417 и № 401. Отдельный рабочий венгерский батальон №1553 находился в районе станции Лосево на территории Харьковского тракторного завода, восстановлением которого и занимался. Несмотря на относительно сносные условия, венгры тоже гибли в плену и их хоронили тут же на Змиевском и Краснозаводском кладбищах г. Харькова. Немало венгров умерли в спецгоспиталях Макеевки и Щегловки под Сталино. 

                Хор венгерских военнопленных лагеря № 160 на репетиции

23 сентября 1948 года прошли крупные перемещения военнопленных: МВД СССР издало приказ № 1141 «О строительстве асфальтобетонной дороги Москва – Харьков – Симферополь». В качестве рабочей силы решили использовать пленных, в связи с чем перебрасывались рабочие батальоны немцев и венгров под Харьков, Запорожье и Мелитополь. Кстати, к этому времени уже действовала директива МВД от 12 июня 1947 года об улучшении материального положения военнопленных румын, венгров и австрийцев. Им даже разрешили получать денежные переводы в рублёвом эквиваленте. Кроме того, медленно проходила репатриация на родину. К 1952 году в СССР оставалось всего 487 осужденных венгров.

Заглавное фото: Колонна румынских пленных, Украина, 1943 год

https://odnarodyna.org/content/prestuplenie-i-nakazanie-evro...

«Белые перчатки». Как генерал Чуйков удержал Сталинград и взял Берлин

12 февраля 1900 года родился Василий Чуйков — выдающийся советский полководец, один из главных героев Сталинградского сражения.

Четыре класса церковно-приходской школы

В годы Великой Отечественной войны ярко раскрылся талант целой плеяды выдающихся советских военачальников — Георгия Жукова, Константина Рокоссовского, Ивана Конева и многих других.

В этом ряду особое место занимает Василий Иванович Чуйков. Судьбой ему было уготовано оказаться в самом эпицентре переломного сражения войны — Сталинградской битвы.

Биография Василия Чуйкова — это пример реализации принципа «кто был никем, тот станет всем». Он родился 12 февраля 1900 года в Подмосковье, в Серебряных Прудах, в бедной крестьянской семье, главным богатством которой были дети — целых 13.

В 7 лет Васю отдали в церковно-приходскую школу, после четырёх классов которой он «вышел в люди» — отправился на заработки в Петроград. В 12 лет он уже трудился учеником мастера в шпорной мастерской.

В сентябре 1917 года, в разгар войны, мастерская закрылась, и старшие братья Василия, служившие на Балтийском флоте, посоветовали ему поступить добровольцем на флот. Так осенью 1917 года Василий Чуйков стал юнгой учебно-минного отряда Балтийского флота.

Октябрьская революция не ставила перед юным моряком выбора, с кем он. В ряды большевиков Чуйкова привела вся его недолгая жизнь.

Два ордена и четыре ранения

В 1918 году курсант 1-х Московских военно-инструкторских курсов Чуйков уже подавлял контрреволюционный мятеж в столице. А затем тяжёлое положение на фронте заставило командование отправить в пекло боёв и курсантов.

В 19 лет Василий Чуйков заменил раненного в бою командира полка и воевал в этой должности до 1921 года.

За время Гражданской войны он был четырежды ранен, награждён 2 орденами Красного Знамени, именными золотыми часами и золотым оружием.

После окончания Гражданской войны была учёба в Военной академии, затем обучение на специальном Восточном факультете.

В 1927 году Чуйков отправляется военным советником в Китай. После двух лет работы он возвращается в СССР, где продолжает постоянно изучать самый передовые тенденции в современном военном искусстве.

Чуйков проходит должности комбрига, командира стрелкового корпуса, участвует в Польском походе и советско-финской войне.

Из Китая — под Сталинград

В 1940 году Чуйков, получивший звание генерал-лейтенанта, получает назначение на пост советского военного атташе при китайской армии Чан Кайши.

Перед Чуйковым стояла сложнейшая задача — объединить силы враждующих друг с другом коммунистов и сторонников гоминьдана для совместной борьбы с японскими милитаристами. После вступления во Вторую мировую войну США Чан Кайши начинает ориентироваться на американскую помощь, что делает миссию Чуйкова нецелесообразной.

Сам генерал Чуйков был только рад этому отзыву — он давно добивался своей отправки в действующую армию.

Однако для начала Чуйкова отправляют под Тулу, где он занимается формированием резервной армии. В начале июля резервная армия отправляется в район большой излучины Дона, в состав Сталинградского фронта.

До назначения командующего армией Чуйков фактически выполняет его функции, а затем руководит группой 64-й армии, ведущей оборону на южном участке.

Чуйкова ещё никто не знает в деле — ни свои, ни немцы. А он внимательно изучает действия противника, ищет слабые места, в то время как некоторых победная поступь гитлеровцев летом 1942-го повергает в настоящую панику.

Мастер сюрпризов

Чуйков отмечает — немецкие генералы предпочитают действовать по шаблонам, ранее уже приносившим успех, и любые нестандартные ответные действия выбивают их из колеи.

Позднее Василий Иванович писал: «Наблюдать врага, изучать его сильные и слабые стороны, знать его повадки — значит драться с ним с открытыми глазами, ловить его промахи и не подставлять свои слабые места под опасный удар».

Между тем слабых мест у наших войск было предостаточно. Враг имел перевес не только в опыте, но и в технике, и в радиосвязи. В этих условиях поставить немцев в неудобное положение — задача почти невыполнимая.

Чуйков, однако, с ней справлялся. По врагу, изготовившемуся к наступлению, на рассвете внезапно наносила мощный удар советская артиллерия. Немцы, понеся чувствительные потери, приняли встречные меры, однако в следующий раз «привет от Чуйкова» прилетал не утром, а перед закатом, когда были парализованы действия немецкой авиации.

Генерал подкупал своих бойцов и личным мужеством. В июле 1942 Чуйков вылетел для определения положения войск на самолёте У-2. Внезапно за советским разведчиком погнался невесть откуда взявшийся немецкий истребитель. Преследование закончилось падением У-2, однако и Чуйков, и лётчик, в отличие от самолёта, уцелели и продолжили войну.

С тростью и в «перчатках»

Командование тем не менее смотрело на Чуйкова с подозрением. Опыт работы военным атташе приучил его к дипломатичности и корректному поведению, что некоторым на фронте казалось вычурным. Член Военного совета Сталинградского фронта и будущий советский лидер Никита Хрущёв счёл генерала надменным и наделённым буржуазными привычками — Чуйков якобы ходил со стеком (тонкой тростью) и в белых перчатках.

Что касается стека, то ходить с ним Чуйкову был просто удобнее, поскольку беспокоили старые раны и трость служила дополнительной опорой.

А за белые перчатки и вовсе принимали бинты на руках. Дело в том, что во время Сталинградской битвы у генерала от нервного перенапряжения началась сильнейшая экзема, и он нуждался в ежедневных перевязках.

Впрочем, косые взгляды сошли на нет довольно быстро. Чуйков зарекомендовал себя с лучшей стороны, и именно ему в сентябре 1942 года была доверена оборона городских кварталов Сталинграда.

Чуйков против Паулюса: дуэль в Сталинграде

12 сентября 1942 года Василий Чуйков назначается командующим 62-й армией с приказом во что бы то ни стало удержать Сталинград.

Положение 62-й армии к тому моменту тяжелейшее — она отрезана от остальных сил фронта и вынуждена оборонять Сталинград, будучи прижатой к Волге.

Чуйков умел максимально использовать имеющиеся в его распоряжении ресурсы и находить нетривиальные решения.

Для того чтобы свести к минимуму эффективность действий авиации противника, позиции советских частей потянули вплотную к немцам — настолько, что бомбёжка наносила ущерб и немецким частям.

Подтянули к переднему краю и штабы — Чуйков настаивал на том, что бойцы в этих условиях должны постоянно видеть своих командиров, понимать, что они не брошены на произвол судьбы. Рядовые часто видели в окопах на передовой и самого командующего армией.

Именно Чуйков нашёл наиболее эффективную тактику в условиях уличных боёв — они стали вестись в основном не силами линейных подразделений, а специально созданными штурмовыми группами, которым придавались сапёры, противотанковые средства, большое количество гранат. Штурмовые группы действовали неожиданно для противника, нанося ему тяжёлый урон.

Генерал учил своих подчинённых, что полностью пассивная оборона ведёт к поражению, поэтому бойцы 62-й армии изматывали гитлеровцев постоянными контрударами, внезапно отбивая только что занятые фашистами с огромным трудом и потерями здания.

Чуйков отметил важное значение действий снайперов в условиях уличных боёв, и противник нёс тяжёлые потери от действий советских снайперских групп.

Фридриху Паулюсу, блистательному полководцу, командующему 6-й немецкой армией, так и не удалось подобрать ключи к «обороне Чуйкова». Гитлеровцы прочно завязли в разрушенных кварталах Сталинграда.

Невозможное возможно

62-я армия принимала участие и в контрнаступлении советских войск, завершившемся полным разгромом гитлеровской группировки.

В апреле 1943 года 62-я армия за мужество и героизм при обороне Сталинграда получила почётное наименование 8-й гвардейской. Сам Василий Чуйков был представлен к званию Героя Советского Союза, однако в итоге награждён орденом Суворова I степени.

Василий Чуйков остался командующим 8-й гвардейской армией до самого конца войны. Он продолжал находить неординарные и нестандартные решения — при штурме Запорожья генерал Чуйков стал инициатором уникальной ночной атаки силами трёх общевойсковых армий, танкового и механизированного корпусов, завершившейся полным успехом.

Перечислить все военные триумфы Чуйкова на заключительном этапе войны сложно, стоит остановиться только на главных. Во время Висло-Одерской операции гвардейцы Чуйкова стремительными действиями захватили Магнушевский плацдарм, что обеспечило дальнейшее развитие наступления.

Иногда Чуйков и вовсе совершал невозможное: 8-я гвардейская армия одновременно брала польский город Познань и участвовала в захвате Кюстринского плацдарма на западном берегу Одера.

Берлин сдался Чуйкову

Во время Берлинской операции 8-я гвардейская армия действовала на главном направлении удара 1-го Белорусского фронта. Солдаты Чуйкова прорвали оборону противника на Зееловских высотах и ворвались в гитлеровскую столицу.

В Берлине как нельзя кстати пришёлся сталинградский опыт — вновь сформированные штурмовые группы рушили последние линии немецкой обороны.

2 мая 1945 года последний командующий обороной Берлина генерал Вейдлинг прибыл на командный пункт генерала Чуйкова и подписал капитуляцию берлинского гарнизона.

Звания Героя Советского Союза Чуйков был удостоен дважды — в марте 1944 года за героизм и отвагу, проявленные в боях за освобождение Южной Украины, а в апреле 1945 года — за героизм и отвагу, проявленные в ходе Висло-Одерской операции.

До 1953 года Чуйков оставался в Германии, занимая различные должности в командовании группировкой советских войск, включая пост главы советской военной администрации в Германии.

В 1955 году Василию Чуйкову было присвоено звание маршала Советского Союза, а в 1960-м году он был назначен главнокомандующим сухопутными войсками — высший пост в его военной карьере. Именно в этой должности Чуйков был одним из военных руководителей секретной операции «Анадырь» — доставки советских ракет с атомным оружием на Кубу.

Завещание маршала

Маршал Чуйков вышел в отставку в 1972 году, но до последних дней армия оставалась для него главным делом жизни.

Василий Иванович был почётным гражданином двух городов, с которыми его тесно связала война, — Волгограда и Берлина. В объединённой Германии о Чуйкове поспешили забыть — звания почётного гражданина немецкой столицы его лишили в сентябре 1992 года. Волгоград же никогда не забывал имени генерала, чьи солдаты отстояли его в 1942 году, как никогда не забывал главный город своей судьбы и сам полководец.

В июле 1981 года маршал Чуйков направил письмо в ЦК КПСС, в котором говорилось: «Чувствуя приближение конца жизни, я в полном сознании обращаюсь с просьбой: после моей смерти прах похороните на Мамаевом кургане в Сталинграде, где был организован мной 12 сентября 1942 года мой командный пункт… С того места слышится рёв волжских вод, залпы орудий и боль сталинградских руин, там захоронены тысячи бойцов, которыми я командовал…»

Василия Ивановича Чуйкова не стало 18 марта 1982 года. Его последняя воля была исполнена — герой Сталинградской битвы был предан земле на Мамаевом кургане, у подножья монумента «Родина-мать», рядом со своими боевыми товарищами.

Андрей Сидорчик

Популярное в

))}
Loading...
наверх