Александр Неукропный: Варшавское восстание: почему поляки обвинили в своем провале Сталина

 
Хамская выходка официальной Польши, в канцелярии президента которой заявили о том, что представителям России «не место» на мероприятиях, посвященных 80-й годовщине начала Второй мировой войны, заставляет снова вспомнить о том ворохе абсурдных претензий и обвинений, которые Варшава упорно пытается предъявлять Москве.

 Естественно, на первом месте среди таковых стоит возвращение СССР Западных территорий Белоруссии и Украины, захваченных Польшей в 1921 году, о котором в данном случае снова не преминули упомянуть.
Однако, есть и еще один исторический момент, доводящий польских патриотов прямо-таки до русофобского и антисоветского исступления – Варшавское восстание 1944 года. Вот о нем – без прикрас и недомолвок, мы сегодня поговорим.

Начинать тут, как водится, придется издалека – все с того же пресловутого 1939 года.Именно тогда, в весьма далеком от захваченной Вермахтом Варшавы Лондоне обосновалось так называемое «Польское правительство в изгнании», возглавляемое генералом Сикорским. Что это была за компания становится понятно из того, что и Третий рейх, и Советский Союз ее представители рассматривали в качестве «исторических врагов Польши», с которыми должна вестись непримиримая борьба.

Ну, по поводу «противостояния» лондонских трепачей нацистам мы еще очень подробно поговорим ниже... К Сталину на поклон «изгнанники» явились уже в июле 1941 года – когда Гитлер напал на нашу страну. К союзу, пусть и лишенному каких-либо взаимных симпатий, стороны подталкивали катастрофически ухудшающиеся военно-политические реалии, и Москва пошла навстречу посланцам Сикорского в главной из их просьб – создании на нашей территории польских воинских частей. Понять это можно – в те грозные дни каждый штык был на счету.

И вот тут-то Иосиф Виссарионович при всей своей мудрости и колоссальном опыте политической деятельности, допустил просто колоссальную промашку – очевидно, попросту, забыл, с кем связывается. Советский Союз, несущий в этом тяжелейшем периоде войны огромные потери, смог выделить «польским союзникам» на формирование своих дивизий колоссальную сумму в 300 миллионов рублей. И это – не считая предоставленных продовольствия и оружия! По идее, эти части, возглавляемые командирами, назначенными из Лондона, должны были находиться в оперативном подчинении нашей Ставки Верховного Главнокомандования... Ага, как же! Вместо того, чтобы отправиться на праведный бой с гитлеровскими полчищами, топчущими ту землю, что дала им приют, поляки совершили колоссальную подлость против нашей страны. 

Достигшие к началу 1942 года численности в 73 с лишним тысячи подразделения, созданные и вооруженные на советские деньги, правительство Сикорского решило перебросить... на Ближний Восток для помощи британцам, не выделившим на их формирования ломаного пенни! Думаете, вероломных панов разоружили и погнали колоннами в Сибирь? Поголовно запаковали в штрафбаты? Да ничего подобного – более ста тысяч поляков, не только военные, но также их чада и домочадцы, преспокойно покинули территорию Советского Союза, выполняя приказ собственного «правительства в изгнании». Это – к вопросу о «польской доблести» и «вероломстве Советов». Впрочем, главная история на этом только начинается.

Товарищ Сталин если и ошибался в чем-то, то только один раз. На лондонских проходимцах и «кидалах» он для себя поставил жирный крест, наверняка сделав в памяти «зарубку» на будущее – рассчитаться за предательство как следует. Забегая немного наперед, скажу, что весной 1943 года с лондонской шайкой Москва дипломатические отношения разорвала официально. Те, помимо всего прочего, еще и верещали на всех углах о непризнании границ 1939 года, то есть требовали вернуть им Западную Украину и Белоруссию. Ну, и, вдобавок от всей души подключились к «раскрутке» «Катынского дела», бывшего, как уже доказано неоднократно, одной из наигнуснейших, но, надо отдать должное, тщательно подготовленных нацистских фальсификаций и провокаций.

 А годом раньше – в 1942 году на территории СССР был создан Союз польских патриотов, объединивший представителей дружественных нашей стране левых политических сил. В 1943 году родилась и приняла боевое крещение 1-я польская дивизия имени Т.Костюшко, выросшая затем в корпус, а к 1944 году превратившаяся в полновесную 1-ю армию Войска Польского. Вот именно такие поляки, действительно героически сражавшиеся плечом к плечу с РККА или непосредственно в ее рядах, увековечены в замечательной книге и отличном фильме о четырех героических танкистах и одной, не менее героической, собаке...

Тем временем, в самой Польше начинала складываться довольно-таки непростая ситуация. На звание «патриотических сил, сражающихся против нацистской оккупации» с 1943 года взялась претендовать созданная по указке из Лондона Армия Крайова (в дальнейшем для простоты будем называть ее АК). «Боролись» с немцами ее адепты, надо сказать, достаточно своеобразно – их деятельность ограничивалась, в лучшем случае, сбором разведданных для СИС Британии, а также усиленным нахомячиванием поступавших от английских союзников оружия, боеприпасов и продовольствия. Руководители АК, матерые русофобы и антисоветчики совершенно не скрывали того, что главной своей задачей видят ни в коем случае не изгнание немцев со своей земли, а сохранение и накопление сил для взятия власти после того, как оккупанты оттуда выметутся сами под ударами Красной Армии.

Партизанских отрядов АК не существовало в природе. Их отсутствие ее лидеры с предельной простотой объясняли тем, что вооруженная борьба в немецком тылу будет «способствовать военным успехам Советов», а это недопустимо! «Настоящие патриоты Польши» будут «ждать с винтовкой у ноги», пока «две самые крупные силы зла» - СССР и Третий рейх уничтожат друг друга во взаимной борьбе, и уж тогда-то они свое возьмут!

Против кого бойцы Армии Крайовой собирались пускать в ход свои так тщательно оберегаемые винтовки стало предельно понятно в 1944 году, когда у нее появился опаснейший конкурент в виде Армии Людовой (далее – АЛ) – вооруженных отрядов, создававшихся стараниями Польской рабочей партии (фактически – коммунистов) и при поддержке СССР. Однако, стоило этим подразделениям начать реальную борьбу против оккупантов, как командование АК отдало своим силам приказ... атаковать и, где только возможно уничтожать боевые группы и отдельных бойцов АЛ! Относительно же Красной Армии позиция лондонского «правительства» и его прихвостней была неизменна все время – АК строжайше предписывалось оказывать сопротивление ее частям, «вторгнувшимся на исконно польские земли».

 Что самое забавное, к таковым «изгнанники» в 1943 году причисляли не только Западные области Белоруссии и Украины. Послевоенная «Великая Польша», по их мнению, должна была состоять еще и из Литвы, Восточной Пруссии и Силезии. Эстонии, Латвии и остальной части Украины, так уж и быть, дозволялось иметь статус «независимых государств» - но только и исключительно под контролем Варшавы. Нехилые аппетиты, как видите – сидевшая на берегах Темзы банда политических клоунов вполне серьезно мечтала «пощипать» на предмет территориальных приобретений не только Германию, но и Советский Союз.

Перейдем, впрочем, непосредственно к самому Варшавскому восстанию, ставшему апофеозом бездарных попыток «польского правительства в изгнании» въехать в рай на чужом горбу и захватить власть в стране, бессовестно используя героизм и самопожертвование советских воинов. С его идеей матерый враг СССР генерал Коморовский, возглавлявший силы АК непосредственно в Польше, носился еще с 1940 года, когда ни о каком разгроме Третьего рейха и речи быть не могло. Кстати, даже после начала Великой Отечественной войны, «великие стратеги» из Лондона пребывали в полной уверенности: дальше границ, существовавших до 1939 года, русские продвинуться не смогут.

 Куда им наступать на Европу! Вы, что, опыт Первой мировой забыли?! Естественно, все планы по захвату столицы и установлению там «прозападной», антисоветской власти, очень активно транслировались хозяевам из Лондона, а позднее – и Вашингтона. Так началась грязная игра, в которой англичане и американцы использовали поляков с предельным цинизмом.

Секретный план «Рэнкин» был одобрен Черчиллем и Рузвельтом на совещании с представителями «изгнанников», проходившем в Квебеке в конце лета 1943 года. Он включал в себя не только захват силами АК Варшавы и триумфальное возвращение туда из Лондона благополучно пересидевшего оккупацию своей страны «правительства», но и активное вооруженное противостояние частям РККА, идущим с Востока. И это совершенно не помешало тем же лидерам Британии и США несколькими месяцами позднее – во время исторической Тегеранской конференции согласовать со Сталиным существование Польши в будущих границах 1945-1991 годов!

«Польское правительство» об этом никто, естественно, в известность ставить и не подумал – много чести... Вашингтон и Лондон, следуя извечным принципам англосаксонской внешней политики попросту «раскладывали яйца по разным корзинам». Получится у поляков восстание – хорошо! На пути советского наступления в Европе появится, мягко говоря, недружественное СССР государство. Не получится – тоже ничего страшного. Подумаешь – сотней тысяч поляков больше, парой сотен тысяч – меньше...

Разразившаяся 1 августа 1944 года в польской столице трагедия, вошедшая в историю под именем Варшавского восстания, целиком и полностью лежит на совести авантюристов из Армии Крайовой и лондонского «правительства в изгнании». Исторической справедливости ради необходимо отметить – от намечавшегося безумия поляков пытались отговорить даже англичане. Есть сведения, что доведенный до белого каления Черчилль натурально орал на «главу правительства» Миколайчика, требуя прийти в себя и хотя бы попытаться договориться с русскими.

Британский Комитет начальников штабов выдал однозначное заключение – любые акции подпольщиков могут проводиться исключительно «в тесной координации с русским наступлением». А вот с наступлением РККА на Варшаву дело как раз обстояло туго. Возможно, изначально и были планы взять город лихим ударом с ходу – в 20-х числах июля, до смерти перепугавшись советских танков, которые «вот-вот появятся» из Варшавы, как крысы бежали не только представители оккупационной администрации, но и чуть ли не все немцы вообще. 

Однако в течение нескольких дней Гитлер, лично приказавший удерживать польскую столицу любой ценой, привел паникеров в чувство. Под Варшаву были переброшены огромные силы Вермахта и СС со всей Европы – из Румынии, Италии, Голландии. Противостоящая на этом участке фронта РККА группировка гитлеровцев насчитывала больше полусотни тысяч солдат, тысячи орудий, сотни танков. 28 июля Сталин утвердил оперативный план в соответствии с которым Варшаву планировалось брать двумя фланговыми ударами, для которых сперва необходимо было создать плацдармы на Висле. Кстати, не последнюю роль в отказе от лобовой атаки сыграло желание советского руководства сохранить город от разрушения. Но тут поляки восстали...

Находившийся в эти дни в Москве «глава правительства» Миколайчик во время переговоров со Сталиным пытался самым натуральным образом «качать права», утверждая, что «город уже в руках восставших», Верховный, наверняка попыхивая трубочкой, смотрел на него, как на идиота и с откровенно издевательской интонацией отвечал: «Ну, дай бог, дай бог...» Бог не дал – первые же шаги возглавляемой Комаровским толпы необученных и необстрелянных интеллигентов и студиозусов, показали их полнейшую несостоятельность в роли военной силы. Потери они несли вчетверо большие, чем немцы, а захватить не сумели при этом ни единого ключевого пункта в городе, ни одного вокзала, ни одного моста...

На варшавских мостовых истекали кровью брошенные политическими фиглярами на убой мальчишки, а Миколайчик в это время пытался требовать от Вождя территориальных уступок! Абсурд... Впрочем, уже через пару дней гордый пан валялся у Иосифа Виссарионовича в ногах, умоляя «хотя бы помочь оружием». Сталин, в принципе, не возражал. Известно, что выходя после очередного тура «переговоров», он обронил пару фраз: «Поляков этих просто жалко... Нереальное дело они затеяли!» 13 августа 1944 года было опубликовано специальное заявление ТАСС, в котором говорилось о том, что советское правительство решительно отмежевывается от «безрассудной варшавской авантюры», к которой не имеет ни прямого, ни косвенного отношения.

В Польше по сей день пытаются упрекать и лично Верховного и всех «бездушных русских» скопом – не поддержали, не спасли, не бросились, очертя голову погибать за интересы тех, кто твердо был намерен развернуть полномасштабную войну против своих освободителей. Ну, что тут скажешь? Поляки... Красная Армия рвалась к городу, ее воины гибли в варшавском предместье Прага, при отчаянных попытках форсировать Вислу, мосты через которую «повстанцы» захватить то ли не смогли, а то ли не захотели. В ожесточенных боях на подступах к городу войска 1 Белорусского фронта потеряли почти 167 тысяч человек.

 Между прочим, «помощь» англичан ограничилась попытками сбрасывать восставшим оружие и боеприпасы, большая часть которых оказалась в руках немцев. Американцы же в ответ на мольбы Миколайчика о спасении и вовсе «съехали» на то, что АК находится в оперативном подчинении Лондона – вот он нехай вас и спасает. В это же самое время советская авиация сбрасывала повстанцам тысячи «стволов» оружия, вплоть до минометов и противотанковых ружей, сотни тонн продовольствия и медикаментов, миллионы единиц боеприпасов. 

2 октября 1944 года Комаровским и генералом СС Фон дем Бах-Зелевски была подписана безоговорочная капитуляция восстания. В плену оказалось 17 тысяч его участников, 16 тысяч были убиты. При этом погибло еще и 200 тысяч мирных жителей, остатки населения Варшавы были угнаны в Германию, а город, практически сровнен с землей – с немецкой методичностью и педантизмом. Красная Армия совместно с частями Войска Польского взяла Варшаву 17 января 1945 года. 

Большинство объективных историков Второй мировой войны склонны считать Варшавское восстание не военной операцией, а совершенно безответственной политической авантюрой, которая, приковав к польской столице повышенное внимание гитлеровцев, в конечном итоге привела к огромным и неоправданным жертвам как среди самих поляков, так и советских воинов.

Впрочем, в Польше, конечно же, считают иначе...
Источник ➝

Какие солдаты Гитлера перешли на сторону Красной Армии

Имена многих советских предателей, вставших на сторону врага, давно известны: генерал-лейтенант Андрей Власов, Герой Советского Союза летчик-истребитель Семен Бычков и другие. Менее известно, что во время Второй мировой войны немало солдат германской армии переходило на сторону Красной Армии.

Вестник войны

21 июня 1941 года Альфред Лисков, солдат 222-го полка 75-й пехотной дивизии германской армии, узнал о скором выступлении для нападения на Советский Союз. Бывший работник мебельной фабрики не обольщался идеями нацизма и трезво смотрел на вещи.

Вечером 21 июня 30-летний Лисков покинул свою часть, которая дислоцировалась у границ СССР севернее Лемберга (нынешний Львов), переплыл реку Буг и сдался советским солдатам, патрульным 90-й пограничной службы, рассказав о запланированном вторжении.

На ночном допросе Лисков подтвердил, что следующим утром нацистские войска атакуют Советский Союз. Наутро началась Великая Отечественная война. Информация Лискова подтвердилась, и советские власти приняли решение использовать перебежчика в качестве агитатора. До конца лета он активно привлекался к пропагандистским мероприятиям. Впоследствии Лисков вступил в конфликт с руководством Коминтерна, получив от Георгия Димитрова обвинение в антисемитизме и фашизме.

В январе 1942 года Лискова арестовали и направили в лагерь для заключенных, где тот успешно симулировал сумасшествие. По информации Книги памяти Башкоторстана, 16 июля 1942 года первый перебежчик вермахта в Союз реабилитирован. Однако в конце того же года Лискова направили в Новосибирск, где его следы окончательно теряются. У бывшего солдата фашистской армии практически не было шансов уцелеть в стране, где даже ни в чем не повинных советских немцев сослали за национальность в Северный Казахстан или согнали на шахты в Трудармию.

Первые «ласточки»

25 июня 1941 года вблизи Киева приземлился немецкий бомбардировщик «Юнкерс-88». Его экипаж в составе четырех человек решил перейти на сторону Красной Армии. Совинформбюро сообщило 28 июня 1941 года, что летчики служили во второй группе 54-й эскадры. В состав экипажа входили: уроженец Бреславля (Средняя Силезия) унтер-офицер Ганс Герман, летчик-наблюдатель из Франкфурта-на_Майне Ганс Кратц, уроженец Брно (Моравия) старший ефрейтор Адольф Аппель и радист из Регенсбурга Вильгельм Шмидт.

Летчики не хотели воевать против жителей Советского Союза. Будучи отправленными на задание, они сбросили все бомбы в Днепр, а потом приземлились недалеко от Киева и сдались встреченным крестьянам. Экипаж в полном составе подписал обращение «К немецким лётчикам и солдатам», в котором призывал: «Братья летчики и солдаты, следуйте нашему примеру. Бросьте убийцу Гитлера, переходите сюда, в Россию!»

В том же месяце в район дислокации советских войск перелетел второй Юнкерс», но из всего экипажа к немецким войскам согласился обратиться только бортмеханик. Остальные опасались преследования своих семей в Германии. Только до конца лета на сторону Красной Армии перешли не менее 20 немецких летчиков.

Пехота не отставала от летчиков

Газета «Красная Звезда» писала в июне 1942 года: «Командир отделения 2-й роты 48-го полка 12-й пехотной дивизии Ионни Шенфельдт давно исподволь выяснял, как его солдаты смотрят на возможность перехода к красноармейцам. Изматывающие бои и серьезные потери обессилили людей – оказалось, что 7 человек мечтают закончить воевать и готовы перейти к русским».

В конце мая 1942 года в разгар боя за небольшую деревню ефрейтор Шенфельдт приказал своим солдатам сложить оружие и следовать за ним. Все они бросились к лесу, расположенному в нескольких десятках метров от траншей. Немецкий офицер, увидев дезертирство, упал к пулемету и открыл огонь по убегавшим. Четверо были убиты, но трое выжили и сдались в плен.

Ефрейтор вермахта стал Героем Советского Союза

Фриц Пауль Шменкель отчаянно не хотел воевать за фашистов. В 1932 году его отца-коммуниста убили нацисты во время демонстрации. Позже Фриц вступил в Коммунистический интернационал молодежи Германии. В 1938 году его попытались призвать на военную службу. Шменкель симулировал болезнь и уклонился от службы, за что был осужден и содержался до 1941 года в тюрьме Торгау.

С началом войны на территории Советского Союза Шменкель ходатайствовал о направлении его на фронт. В октябре 1941 годе его освободили, послав в школу младших командиров артиллерии. Оказавшись на фронте, Шменкель почти сразу бежал и с ноября 1941 года скрывался в Смоленской области по деревням. В феврале 1942 года он попал к партизанам и убедил их, что он против нацизма.

В первом же бою Шменкель убил фашистского снайпера, который бил из засады по партизанам. В отряде признали храбрость и честность Фрица и полюбили его, прозвав Иваном Ивановичем. Шменкель доблестно сражался с фашистами. Так, он посоветовал командиру открыть огонь по установленным на танках бочкам с топливом. Это помогло уничтожить 5 немецких танков. С его помощью также без боя были захвачены и переданы на суд партизан 11 полицейских.

В начале ноября 1942 года Шменкель раздобыл генеральскую форму, переоделся и отправил в лес немецкий обоз, остановленный им на дороге. Это надолго обеспечило партизан продуктами и боеприпасами. Фашисты быстро прослышали о доблестном немце, назначив за голову Шменкеля большую награду.

Весной 1943 года партизаны были перевезены в Москву, поскольку территория, где воевал отряд, была освобождена Красной Амией. Шменкеля откомандировали в разведотдел Западного фронта, где после подготовки назначили заместителем командира ДРГ «Поле». В декабре он совместно с разведчиками Виноградовым и Рожковым был переправлен за линию фронта в район Орши. К сожалению, в начале 1944 года Фриц Шменкель был схвачен фашистами под Минском и 22 февраля расстрелян.

О подвиге Шменкеля стало известно лишь в 1961 году, когда КГБ обнаружило бумаги о полицаях, уничтоженных им во главе партизанской группы. Три года шел поиск информации документов. В октябре 1964 года звание Героя Советского Союза было присвоено гражданину Шменкелю Фрицу Паулю (посмертно).

Правнук Железного Канцлера

Граф Генрих фон Эйнзидель по матери был правнуком Отто фон Бисмарка. 18-летним юношей-добровольцем он пришел на службу в авиацию. К началу Второй мировой войны дворянин фон Эйнзидель стал летчиком-истребителем Ме-109 в составе эскадрильи «фон Рихтгофен». Бравый Граф (такое прозвище дали ему однополчане) участвовал в срыве атаки британских торпедоносцев на немецкие корабли, лично сбил несколько британских самолетов.

В июне 1942 года опытного летчика лейтенанта фон Эйнзиделя перевели в самое горячее место войны – на Восточный фронт. За один месяц битвы под Сталинградом Граф сбил в составе эскадрильи «Удет» 31 советский самолет. 20 августа 1942 года «Мессершмитт» фон Эйнзиделя был сбит под Бекетовкой, а сам он захвачен в плен и отправлен в лагерь под Красногорском. Там были сосредоточены пленные немцы, настроенные против Гитлера и его идеологии. В ноябре 1943 года фон Эйнзидель вступил в антифашистскую организацию «Свободная Германия». В плену он составил открытое письмо, где процитировал слова прадеда: «Никогда не ходите войной на Россию». Фон Эйнзидель контролировал выпуск антифашистских листовок, став комиссаром пропаганды.

В 1947 году фон Эйнзиделю разрешили вернуться в Восточную Германию, откуда позже он перебрался на Запад. Граф работал журналистом, сценаристом, переводчиком, написал воспоминания «Дневник пленного немецкого лётчика: сражаясь на стороне врага. 1942-1948». Фон Эйнзидель прожил долгую жизнь. Граф умер в Мюнхене в 2007 году в возрасте 85 лет.

Немецкий Власов

Генерал-лейтенант, кавалер Рыцарского Железного Креста Вальтер фон Зейдлиц-Курцбах попал в плен в январе 1943 года. Гитлера он считал «выскочкой» и относился к нему без уважения. В лагере военнопленных он решился на сотрудничество с советской властью, чтобы свергнуть фюрера. Осенью 1943 года фон Зейдлиц-Курцбах был выбран председателем Союза германских офицеров на учредительной конференции в Лунёво. Вместе с ним в Союз вошли генералы Александр фон Даниэльс, Мартин Латтман, Отто Корфес.

Фон Зейдлиц-Курцбаха нередко называли «немецким Власовым». Именно он был назначен заместителем председателя Национального комитета «Свободная Германия». Генерал был заочно приговорен к смертной казни военным судом Дрездена. После окончания войны и роспуска «Свободной Германии» фон Зейдлиц-Курцбах 5 лет служил в Военно-историческом управлении Генштаба СССР. В 1950 году его арестовали и приговорили к смертной казни уже в СССР. Впоследствии приговор смягчили до 25 лет лишения свободы, пять из которых генерал провел в Бутырской тюрьме.

В 1955 году фон Зейдлиц-Курбах освобожден и передан ФРГ по личному ходатайству Аденауэра. Он прожил затворником до 87 лет и умер в 1976 году в Бремене. Через 20 лет после смерти Генеральная прокуратура РФ реабилитировала генерала посмертно.

Сколько их было?

Точная статистика о немецких солдатах, которые перешли на сторону Красной Армии, отсутствует. Известно, что счет сделавших осознанный выбор шел на сотни. В последние месяцы войны, когда положение Германии стало безнадежным, немцы сдавались в плен десятками тысяч.

К боевым действиям перебежчиков допускали редко. Как правило, бывшие воины вермахта работали в антифашистском пропагандистском комитете «Свободная Германия» в Красногорске, а также направлялись в Трудармию в тылу. Те, кто сумел после войны избежать сталинских лагерей, получили разрешение вернуться в ГДР.

Картина дня

))}
Loading...
наверх